Dostizeniya  Ustremlenie Missiya  Mudrost  Vzaimootnosheniya  Sostoyanie  Zdorovie 




ДЕПРЕССИЯ. ПРИЯТНОЕ ЛЕЧЕНИЕ В ДОМАШНИХ УСЛОВИЯХ

Если продолжить расхожую фразу о том, что все болезни от нервов, можно сказать, что лучшее лекарство от всех болезней – занятие, приносящее человеку тихую радость. Любое, даже самое, казалось бы, обыденное...

Моя бабушка много лет страдала тяжелой формой депрессии. И хотя в те времена это слово не было так распространено, как сейчас, я была свидетелем его тяжести как для самой бабуси, так и для всех нас, ее окружавших. С ней трудно было общаться, любые самые безобидные слово или фраза могли оказать непредсказуемое воздействие на ее поведение и настроение. Бабушка подолгу лежала в больнице, а когда приходила домой, была молчаливой и мрачной. Она, еще довольно молодая женщина с холеными кожей и руками, сидела за столом, раскладывая карты и на кого-то гадая. Когда мы с ней заговаривали, она могла долго смотреть куда-то мимо, казалось, пытаясь понять, о чем это мы? Хотя я знала, что по характеру она большая оптимистка, хохотушка. Любит петь и обладает удивительно красивым и звонким голосом.

Мне, ребенку, многое было непонятно, но одно помню хорошо. В периоды облегчения болезни бабуся бралась стряпать и печь пироги. Почему-то в памяти осталась четкая картина динамики трансформаций ее кулинарных шедевров. Сейчас понимаю – это были вехи ее выздоровления и возвращения к нормальной жизни. 

Сначала пироги были большими, открытыми, на два-три больших противня. Она сама любила пироги с мясной или рыбной начинкой. А нам, детям, больше нравились с повидлом, сладкие. Они были щедро приправлены цедрой, корицей или ванилью.

Мне, ребенку, многое было непонятно, но одно помню хорошо. В периоды облегчения бабуся бралась печь пироги

Потом бабуся стала печь так называемые «тертые» пироги. Это когда открытый пирог частично сверху покрывался тертым тестом или полосками из него. К этому ювелирному делу приобщались и мы, дети. Иногда полосочки, которыми покрывался сверху пирог, приобретали вид узоров и крендельков.  

Еще позже бабушка стала печь маленькие пирожки. Они были такие миниатюрные, что легко помещались целиком во рту и проглатывались моментально, как семечки. Эти были с ливером или грибами. Более традиционные, побольше – с луком и яйцами. Обильно приправленные зеленью двух-трех видов. 

Еще позже бабуся стала выпекать печенье. О, какое же оно было разное! Казалось, ни разу не повторялись дважды ни вкус, ни вид! И песочное, и слоеное, и сладкое, и соленое. Я любила помогать бабушке его выделывать.

А вся семья радостно и подчеркнуто активно хвалила бабушкину стряпню. Она же сидела молча и только слушала. Иногда, когда мы были в кухне с ней вдвоем, я начинала что-то рассказывать о своей жизни. Бывало, она активно слушала, задавала вопросы. А иногда отвлеченно и не всегда к месту говорила:

– Да-да, ты, дорогая, права.

В чем и почему – было не всегда понятно. Помню только, что бабуся меня никогда не осуждала.

Прошел, наверное, год, или больше. Я не зафиксировала в памяти, когда бабушка стала печь торты. Большие, разнообразные. Они были многослойные, на них требовалось много продуктов, которые мама всегда старалась по первому требованию бабушки достать. Бабуся пропитывала каждый корж какой-нибудь оригинальной пропиткой – чаем, кофе, вином или сиропом. Украшала их различного цвета кремами, повидлом, желе, цукатами и еще чем-то, мне непонятным и поныне. 

Хлеба, которые она тоже пекла в то время, стали неизменно украшаться колосьями, гроздьями винограда или лебедями из теста. Она и меня научила их делать. 

У бабушки в родне были польские корни, и поэтому она знала множество чудесных рецептов украинской и польской кухни. На запахи, исходящие из нашей кухни, сбегалась вся дворовая детвора. Все хотели попробовать бабусины кондитерские шедевры.

Очевидно, в это время бабуся уже лучше себя чувствовала и сама кое-что стала рассказывать о своей молодости, военных годах, знакомстве с дедушкой. Только о недавнем прошлом мне не удавалось ее расспросить – это была строго запретная тема в нашей семье.

Так мы и жили, по нескольку раз в неделю наедаясь сладостями и вкусностями, сотворенными заботливыми руками этой чудесной женщины. 

Как-то раз вечером вся наша семья сидела в комнате, а бабушка возилась на кухне, заканчивая готовить ужин. Я первая услышала, что из кухни доносится тихая песня. Казалось, это радио звучит. Но прислушавшись, мама затаила дыхание, приложила палец к губам, показывая, чтобы мы сидели тихо, и, крадучись, пошла к кухне. 

Мы догадались, что это не радио. На кухне пела наша бабушка. Голос ее звучал звонко и молодо, хотя и тихо. Пела она на польском языке.

Мама зашла в кухню и остановилась на пороге. Из глаз ее обильно лились слезы. А бабуся, увидев их, рассмеялась, обняла маму и сказала: 

Так мы и жили, по нескольку раз в неделю наедаясь сладостями и вкусностями

– Глупенькая, дочка, что ж ты теперь-то плачешь? Радоваться надо. Я опять стала сама собой. Я чувствую, что живу!

...Прошло много лет с тех пор. Сейчас понимаю, что основным бабушкиным лекарством от депрессии стало ее кулинарное искусство. Не знаю, насколько это было осознанно ею. Но, безусловно, ее творчество, любовь к семье, наши терпение и доброта помогли ей вернуться к полноценной жизни.

На всю жизнь мне запомнились слова песни, которую пела бабуся в тот вечер: «Бие мама, бие мама, бие мне, же я хлопцев, же я хлопцев цалуем. Видишь, мама, видишь мама, як то зле, фшистки пани хлопцев мали б, а я не!» 

Мария Ратушняк, практический психолог, арт-терапевт 

 

Колесо Жизни №63 или №11 2012

Получать новые номера журнала первым! 

 

Читайте также:

Самоучитель по выходу из депрессии

В ЕДИНСТВЕ ВНЕШНЕГО И ВНУТРЕННЕГО

 

Товары для проработки темы:

Мандалы-раскраски "Оттенки настроений"

Альманах "Лучшее себе, любимому" т. 5 с автографами всей команды Колесо Жизни

...

Написать отзыв
Отзывы «ДЕПРЕССИЯ. ПРИЯТНОЕ ЛЕЧЕНИЕ В ДОМАШНИХ УСЛОВИЯХ»

Ваше имя *:

E-mail *:

Текст сообщения *:


insight-festival