Некоторые решения меняют нашу жизнь так, что она никогда уже не будет прежней. Кто может нам ответить, чего в ней теперь будет больше - забот и волнений или радости и любви? Возможно, эта неизвестность и заставляет нас сомневаться и спрашивать совета у самых близких...

Мы обедали вдвоем с моей дочерью, когда она как бы между делом упомянула, что они с мужем подумывают о том, чтобы «стать полноценной семьей».

- Как ты считаешь, может, мне стоит обзавестись ребенком? - спросила она в шутку.

- Это изменит твою жизнь, - сказала я.

- Я знаю, - отозвалась она. - И в выходные не поспишь, и в отпуск толком не съездишь...

Но это было совсем не то, что я имела в виду. Я смотрела на свою дочь, пытаясь найти нужные слова.

Мне хотелось сказать ей, что физические раны от родов заживут очень быстро, но материнство даст ей такую кровоточащую эмоциональную рану, которая никогда не затянется.

Мне хотелось предупредить ее, что впредь она уже никогда не сможет читать газету без внутреннего вопроса: «А что, если бы это случилось с моим ребенком?». Что когда она будет смотреть на фотографии детей, умирающих от голода, то будет думать о том, что на свете нет ничего хуже смерти твоего ребенка.

Я смотрела на нее и думала о том, что какой бы утонченной она ни была, материнство опустит ее на примитивный уровень медведицы, защищающей своего медвежонка. Что встревоженный крик «Мама!» заставит ее без сожаления бросить все - от самого вкусного суфле до самого дорогого хрустального бокала.

Я хотела, чтобы моя дочь знала, что каждодневные ерундовые проблемы уже никогда не будут для нее ерундой. Что желание пятилетнего мальчика пойти в мужской туалет в «Макдоналдсе» станет огромной проблемой. Что там, среди гремящих подносов и вопящих детей, вопросы независимости и половой принадлежности встанут на одну чашу весов, а страх, что в туалете может оказаться насильник малолетних, - на другую.

Глядя на свою привлекательную дочь, я хотела сказать ей, что она может сбросить набранный при беременности вес, но никогда не сможет сбросить с себя материнство и стать прежней. Что ее жизнь, такая важная для нее сейчас, уже не будет столь значимой после рождения ребенка. Что она забудет про себя в тот момент, когда надо будет спасти ее отпрыска, и что научится надеяться на осуществление - о нет! не своей мечты! - мечты своих детей.

Мне бы хотелось, чтобы она поняла, как сильно можно любить мужчину, который осторожно посыпает присыпкой твоего ребенка и никогда не отказывается поиграть с ним. Думаю, она узнает, что такое влюбиться заново по причине, которая сейчас покажется ей совсем не романтической...

Я хотела описать своей дочери чувство гордости, которое переполняет мать, когда она видит, как ее ребенок учится ездить на велосипеде.

Я хотела рассказать ей, какое это чудо - смех малыша, впервые дотрагивающегося до мягкой шерстки щенка или котенка.

Я хотела, чтобы моя дочь почувствовала радость настолько животрепещущую, что она может причинять боль...

Удивленный взгляд моей дочери дал мне понять, что у меня на глаза навернулись слезы.

- Ты никогда не пожалеешь об этом - сказала я наконец.

КОММЕНТАРИИ : 0